Как стать резидентом «Мойше Хауса» и откуда берутся деньги на тусовки...

«Цимес» узнал у Оли Эльшанской, которая в 2010 году открыла такой дом в Москве. А в первой части материала читайте, кто вообще придумал эту сеть международных еврейских общественных пространств — и для кого они предназначены

Сейчас офисы организации-зонтика «Мойше Хаус» находятся и в Европе, и в Америке. Люди, которые там работают, не резиденты ни одного из Домов — то есть, не живут в «Мойше Хаусе» сами и не принимают гостей. Там есть программные координаторы, директора по еврейскому образованию, комьюнити-менеджеры, которые работают непосредственно с резидентами и поддерживают их. 

Организация решает, в каких странах и городах можно открыть Дома, на основании того, нуждается ли в этом еврейская община города. Раньше это шло снизу — вот мы захотели открыть Дом и подали заявку, а сейчас инициаторами могут стать обе стороны. Заявки от ребят идут, но и у «Мойше Хауса» есть политика развития, когда они смотрят, у каких общин есть потребность в расширении. Если они видят, что в городе определённое количество человек и там уже есть соответствующее количество общин, то вряд ли они откроют там Дом.

«В моём „Мойше Хаусе“ всегда кто-то спал на диване». Как поселиться в Доме и кто может туда прийти

Открыть новый Дом может любой человек, который находится внутри еврейской общины. Стопятидесятилетний опыт не обязателен, но такие люди должны быть супермотивированы. Они заполняют анкету, проходят несколько этапов собеседования. Если всем всё подходит, можно начинать работу. 

Бывает, что Дом уже существует, но в один момент все резиденты собрались и сказали, что они уходят и устали. Это большое испытание для комьюнити-менеджера, сложно найти сразу всю новую команду. Обычно же текучка постоянная, но медленная: кто-то выходит замуж, кто-то переезжает в Израиль. На замену в таких случаях находят человека, с которым приятно и удобно жить нынешним резидентам.

Тусовка начинается с того, что резиденты зовут своих друзей. Они приходят, им прикольно, они приводят своих друзей, люди присоединяются, присоединяются и присоединяются.

Кто-то остаётся, другие уходят, кто-то ходит во все организации: сначала в «Гилель» на Шаббат, а потом в «МХ» на афтерпати — хотя Шаббаты в «Мойше Хаусе» всегда очень уютные и особенные, потому что они домашние. Так что кто-то приходит только в «МХ» и в другие места не ходит. В зависимости от общины города и тех, кто живёт в Доме, бывают более открытые и более закрытые варианты. Например, в «Мойше Хаус» в Тель-Авиве приходят все, и он даже стал заметен в ландшафте городской культурной жизни. Бывают более закрытые сообщества, куда приходят только свои. «Мойше Хаус» в этом смысле очень гибкая организация, которая готова подстраиваться под представления резидентов о жизни. 

Вот в Тель-Авиве резиденты сделали себе футболки с ответами на самые часто задаваемые вопросы. Один из них был «Нет, у нас нельзя переночевать». Тель-Авив — очень туристический город, и часто к местному «Мойше Хаусу» относятся как к еврейскому хостелу, что не вполне правильно. Но резидентам в других Домах может быть комфортно жить с гостями и квартира позволяет разместить их — и тогда люди остаются на ночь. В моём «Мойше Хаусе» всегда кто-то спал на диване. 

Важно, что «Мойше Хаус» не обязан делать свой адрес публичным. Резиденты могут делать закрытые анонсы мероприятий в фейсбуке, и если они чувствуют какую-то потенциальную угрозу, они вправе установить внутренний фильтр и звать только знакомых, знакомых знакомых и т. д. И конечно, сообщить в головной офис: когда есть ощущение небезопасности, руководство «Мойше Хауса» принимает кризисные меры. 

«Если человек себя идентифицирует с еврейской культурой, „Мойше Хаус“ никогда для него не закроет двери». Обязательно ли быть евреем, чтобы стать резидентом

«Мойше Хаус» никогда не проверяет документы, бывает, что люди без доказанных еврейских корней — или совсем без них — становятся резидентами. Если человек себя идентифицирует с еврейской культурой, то «Мойше Хаус» никогда для него не закроет двери. Это на уровне ценностей. Внутри американских еврейских общин к этому относятся проще, и «Мойше Хаус» сохраняет такое отношение и в СНГ.  

Если Дома находятся в каких-то строгих и закрытых общинах, где этот вопрос стоит острее, наверное, они вправе спросить о происхождении резидентов и гостей. Но формально такого требования нет. 

«Мойше Хаус» просит резидентов не ставить на стол явно некошерную еду: свинину, креветки или мясо одновременно с молоком. Ещё просит не нести антиеврейские и антиизраильские ценности. И всё, в остальном свобода. Есть очень ортодоксально религиозные Дома — а есть и ЛГБТ-Дома, у «Мойше Хауса» как организации нет с этим никаких проблем, если это не противоречит политике государства, в котором находится Дом. Резидентами даже в одном и том же «МХ» вполне могут быть люди разных взглядов. 

На моей памяти русскоязычные Дома никогда не закрывали в качестве наказания. В «Мойше Хаусе» может проходить тусовка йоги, какие-то спиритуальные штуки — и всем это окей, если окей резидентам и гостям. Мне сложно представить, что должно произойти, чтобы «Мойше Хаус» закрылся, — может быть, что-то связанное с насилием? У каждого дома есть менеджер, он регулярно с ребятами созванивается, просматривает программу, он в курсе всего, что происходит в Доме. После каждого мероприятия участники заполняют анкету. Очень многое строится на доверии. Не могу себе представить, что появится, например, план устроить стриптиз-вечеринку и менеджер Дома не обсудит это с резидентами и не выяснит, что именно под этим подразумевается и как это будет проходить. Кроме того, к нам ведь не приходят люди с улицы. Мало того что резиденты платят свои деньги, чтобы жить в Доме, — они ещё и проходят много собеседований. 

«Ты много вкладываешь сам, и это влияет на то, как ты относишься к Дому». Откуда берутся деньги на «Мойше Хаус»

Многим со стороны кажется, что «Мойше Хаус» — это халява: просто бесплатно живёшь в центре города и ещё тусуешься с друзьями. Но центральный «Мойше Хаус» не даёт стопроцентный бюджет на аренду квартиры. Ты должен быть достаточно самостоятельным, чтобы покрыть часть стоимости. В зависимости от общины и от города «Мойше Хаус» будет поддерживать аренду Дома на 35, 50 или 70%. Русскоязычные Дома существуют при поддержке фонда «Генезис», но ты много вкладываешь сам, и это влияет на то, как ты относишься к Дому. 

У тебя есть обязанность проводить определённое количество программ в месяц, в зависимости от того, насколько тебя поддерживает «Мойше Хаус» финансово. Чем больше финансирование — тем больше обязательных типов мероприятий. 

Тебе выделяют определённый бюджет на программы, можно выходить за рамки и добавлять свои деньги, а можно не выходить. Можно и подключать участников, чтобы они оставляли личные взносы, тогда у тебя появляются дополнительные возможности. 

Ещё «Мойше Хаус» даёт образовательные стипендии: можно поехать на семинары и конференции по еврейскому образованию по всему миру. Часто такой грант просят, чтобы поехать на «Лимуд». Есть образовательные семинары, которые организует центральный «Мойше Хаус», и есть большая конференция, которая проводится раз в год: там собираются все русскоязычные резиденты, люди из разных Домов и культур делятся опытом внутри одной большой вселенной. По уровню энергетики это что-то потрясающее.